1.    авиационная бомба ФАБ-700;
2.    морские артиллерийские снаряды различных калибров - 53 штуки;
3.    артиллерийские снаряды калибра 152 мм - 6 штук;
4.    артиллерийские снаряды калибра 37 мм - 82 штуки;
5.    артиллерийские снаряды калибра 30 мм - 112 штук;
6.    артиллерийские снаряды калибра 23 мм - 467 штук;
7.    минометная мина производства Финляндии калибра 102 мм;
8.    минометная мина калибра 82 мм - 21 штука;
9.    минометная мина калибра 50 мм - 15 штук;
10.    противотанковые мины - 2 штуки;
11.    противопехотные мины «ПОМЗ-2» - 94 штуки;
12.    ручные гранаты «М-24» - 14 штук;
13.    наствольные гранаты производства Германии - 35 штук;
14.    противопехотные мины производства Германии — 16 штук;
15.    ручные гранаты производства Германии «М-39» - 47 штук;
16.    ручные гранаты «РГ-33» - 278 штук;
17.    ручные гранаты «Ф-1» - 76 штук;
17.    винтовки «Мосина», 1930 года выпуска - 4 штуки;
18.    винтовка «Маузер», 1898 года выпуска производства Германии;
19.    карабин «Маузер», 1898 года выпуска;
20.    револьверы системы «Наган», 1895 года выпуска- 3 штуки;
21.    тротиловые шашки (400 г.) — 48 штук.

Интересно, кто и когда его устроил. Что-то подсказывает, сделано это уже по окончании военных действий...

Если верить «Коммерсанту», отчаявшись сбыть «ИжАвто», СОК передала контроль над заводом в руки его руководства. За 74,786% акций предприятия, оцененные продавцом в $200 млн, генеральный директор «ИжАвто» Михаил Добындо пообещал расплатиться натурой. То есть, машинами.
Во всей этой истории слишком много непонятного. Во-первых, сама бартерная схема «акции в обмен на автомобили» выглядит, по меньшей мере, странно. То, что у руководства предприятия не нашлось под рукой 200 миллионов долларов вопросов не вызывает: ну не такие они богатые люди, чтобы взять и достать деньги из тумбочки. Но вот расплатиться с продавцом имуществом, которое и так ему принадлежит – это сильно! Или отношения СОК с топ-менеджментом Ижевского автозавода строятся по схеме, описанной Эдуардом Успенским в книжке «Дядя Федор, пес и кот», где, по словам Матроскина, «корова ‑ государственная, а то, что она дает ‑ наше»?
Впрочем, кому бы ни принадлежали сакраментальные машины, у «ИжАвто» их, скорее всего, просто нет. Даже по очень грубым прикидкам (взяв за основу минимальные розничные, а не отпускные цены) топ-менеджерам автозавода придется выставить 8000 Kia Sorento или 20 000 Kia Spectra или 46 500 ВАЗ-2104. Откуда им взяться, если в первом квартале текущего года производитель продал лишь 2166 автомобилей всех выпускаемых марок (данные Ассоциации европейского бизнеса)? Можно, конечно, предположить, что дилеры отказываются покупать продукцию «ИжАвто» и на заводе скопился громадный сток. Но, если даже склады забиты под завязку, требуемого количества машин там нет.
Да и бог с ними, с машинами. Рискну предположить, что их вообще никто никому не обещал. А вся эта шумиха с продажей контрольного пакета -- всего-навсего четкий и недвусмысленный сигнал Качмазова властям: смотрите, мол, я ухожу, все это больше не мое, берите, ради бога!
А что? Ловкий ход. Ведь честному производственнику и "человеку Тольятти" Добындо будет гораздо проще договориться. Что с АвтоВАЗом, что непосредственно с "Ростехнологиями". Он же не карман набить хочет, а предотвратить социальную катастрофу удмурдского масштаба, завод спасти.
Ему и карты в руки.